homeenglishitalianfrenchdutchrussian

Земля безводная
Часть I — ЛИЗА



6

18.06

Поднимался я на свой этаж примерно в том же состоянии, что и вчера, или лучше сказать, позавчера: когда я вошел в номер, часы на тумбочке у кровати показывали без пяти минут час ночи. Я только успел скинуть чуть узковатые мне, остроносые туфли, приобретенные перед самым отъездом, как зазвонил телефон. Сняв трубку, я упал на кровать.
— Да, — сказал я. — Я вас слушаю.
В трубке что-то пощелкивало, шуршало, потрескивало.
— Я вас слушаю, — повторил я. — Говорите, если вам есть что сказать.
Мне вдруг показалось, что на том конце провода плакали; я протрезвел в секунду, подумав, что это может быть Лиза. Я не знал, что сказать. Я боялся назвать ее имя. Ведь я мог и ошибаться.
— Алло, — сказал я.
— Виктор?
Голос был настолько тих, что я едва расслышал этот краткий вопрос, но сомнений у меня не оставалось: это была Лиза, и она плакала. У меня перехватило дыхание, как позавчера на скамейке.
— Что с вами?! — спросил я.
Она долго не отвечала.
— Это Лиза, — услышал я; тихий, голос ее почти сливался с помехами телефонной линии.
— Да-да, — сказал я горячо. — Я понял... Что с вами?! Что-то случилось?
Она плакала.
— Да, — ответила она, наконец.
— Я могу вам чем-нибудь помочь?
Лиза не отвечала.
Меня не хотели соединять с вашим номером, — сказала она наконец. — Я только сейчас посмотрела на часы. Простите, уже на самом деле поздно. Я вас, наверное, разбудила.
— Нет, что вы! Я не спал. Я только вошел в номер.
— Простите, что я вам звоню...
— Не нужно извиняться. Скажите мне, что произошло?
Она снова долго молчала, словно сомневаясь, стоило ли отвечать мне.
— Моя мама в больнице... У нее сегодня утром случился инфаркт. Она все еще без сознания. Она в очень плохом состоянии. Я не знаю... Я даже не знаю, будет ли она жить.
Она разрыдалась.
— Я весь день пробыла в больнице, но меня даже на минуту к ней не пустили, — говорила она, рыдая. — Ей сделали операцию. Мне ничего не объяснили... Я не выдержу! Мне так страшно...
Я не знал, что сказать; боясь нечаянно обидеть ее неверно выбранным словом или тоном, я молчал.
— Мне даже не к кому было позвонить... Я случайно вспомнила о вашей карточке... Ведь вы не обижаетесь, правда?
— Ну что вы... Я могу вам как-нибудь помочь?
— Нет, — ответила она после долгого молчания. — Боюсь, что нет.
— Не оставайтесь сегодня одна. Поезжайте к кому-нибудь.
Мне показалось, что она усмехнулась сквозь слезы.
— Мне не к кому.
— А где ваш брат?
— Брат? Он еще вчера уехал. Сразу после праздника.
— Куда уехал?
— В Петербург. Он там живет.
Я очень волновался, я никак не мог решить, можно ли было говорить то, что мне так хотелось сказать.
— А подруги?
— Подруги спят. У меня нет подруг. Сейчас, по крайней мере. Я не хочу никого из них видеть.
Я помолчал, собираясь с духом.
— Знаете, только не обижайтесь, если это прозвучит неуместно, — сказал я. — Что, если я приеду к вам? Или вы ко мне? Я тоже не смогу уснуть, зная, что вам так плохо.
Она молчала; наверное, я обидел ее. Я боялся, что она неверно поняла меня.
— Я хочу вам помочь. Мне кажется, что вам лучше было бы отвлечься, не оставаться одной. Или, если хотите, я могу поехать с вами в больницу...
Я был уверен, что она положит трубку.
— Нет, — произнесла она тихо. — Я не хочу больше в больницу. Тем более, что туда и не пустят.
— Да...
— Вы правы. Я здесь сойду с ума. Я ведь поэтому и позвонила вам, чтобы отвлечься...
Как немного человеку нужно, чтобы почувствовать себя счастливым.
— Так... Мне приехать к вам? — я боялся поверить своему счастью.
— Нет. Давайте уж лучше я к вам.
— Как нам тогда договориться? Вы скажите мне свой адрес, я возьму такси и подъеду к вам...
— Вы только потеряете время. Зачем?
— Уже поздно, ночь...
— Ну и что? Я не маленькая. Я буду у вас через полчаса.
— Вы уверены?
— Более чем. А меня пустят в гостиницу?
— Конечно, — ответил я, хотя, если честно, не совсем был уверен в этом.
— Может быть, на всякий случай, подождите меня у входа, — попросила она робко.
— Конечно! Естественно! Я прямо сейчас побегу вниз.
Мне показалось, что она улыбнулась.
— Вы напрасно потеряете время, ведь я приеду не раньше, чем через полчаса.
— На всякий случай.
— Хорошо. Тогда — до встречи.
Она первой положила трубку. Сердце мое колотилось так, словно я только что бегом поднялся по лестнице на пятый этаж. Через полчаса я увижу ее! Мне хотелось смеяться. Мне было страшно.
Я до сих пор был в костюме; в волнении я никак не мог сообразить, стоило ли мне переодеться. Я не знал, чем мы будем заниматься. Спустимся в кафе, пойдем в ресторан? Будут ли они открыты в это время? В гостинице, по моим наблюдениям, было три ресторана. Один на первом этаже, рядом с кафе; кафе, по сути дела, переходило в ресторан. Два других были этажом выше, и в оба эти ресторана по вечерам пускали мужчин — только в костюмах, а дам — в вечерних платьях. Оба зала были невелики, до невозможности изысканны, официанты ступали бесшумно, при обращении к посетителям кланялись, чуть склоняя при этом голову на бок; играла либо арфа, либо скрипка и виолончель; метрдотель был юн, торжественен, свиреп к подчиненным, и говорил только по-английски. На всякий случай, я позвонил в ресторан со свирепым метрдотелем и заказал столик на двоих. Часов до четырех, как мне было сказано, можно было смело "рассчитывать на их услуги", а потом, как я понял, нужно было сматываться.

 





tag cloud:

scrittore russo, autore russo, letteratura russa contemporanea,
lo scrittore russo contemporaneo Aleksandr Skorobogatov
,
l’autore russo contemporaneo Aleksandr Skorobogatov, grande romanzo russo,
recensioni del romanzo Vera dello scrittore russo contemporaneo Aleksandr Skorobogatov
,
écrivain russe, auteur russe, littérature contemporaine russe, recensions des livres d’Alexandre Skorobogatov,
grand roman russe, auteur russe contemporain, écrivain russe contemporain,
recensions du roman Véra de l’écrivain russe contemporain Alexandre Skorobogatov
Alle vertalingen op de site © vertaalbureau