3

15.06

Тяжелое небо, грязные, лохматые низкие тучи, висят неподвижно над городом, грязные, грязные, вредные для легких — если они где-нибудь встретятся с землей, людьми, легкими. Облака похожи на вату, которой вытирали в прошлом году пыль и по ошибке, вместо того, чтобы выбросить, засунули за шкаф.
Вчера двинулся на Красную площадь. Вошел во двор Покровского собора, обошел храм: удивительны низкие полукруглые своды каменных древних русских храмов. На горке выщербленных, выеденных дождями каменных ядер сидит женщина в чем-то, похожем на монашескую рясу. Принял ее было за молящуюся монахиню, а потом гляжу — нет, красится. Подошел к дверям с обратной стороны храма — так сладко пахнуло ладаном. А службы нет, говорят — музей.

** ** **

В Александровском саду сотни ворон. На деревьях, на траве, на асфальте. Огромные черные клювы, чуть загнутые; грязные, неопрятные перья; летают стремительно, каркают угрожающе, — хищные птицы хищного города.
А у выхода из сада случайно заметил вороненка: сидит в траве, довольно крупненький, ворочает головой, трогательно беспомощный и неловкий, как все птенцы, выпавшие раньше времени из гнезда, разевает свой хищный клювик и слабо и даже как-то мелодично каркает. Меня удивили ярко-фиолетовые, горящие пятна по бокам его головы, чуть выше клюва. Странной мне показалась, прежде всего, яркость этих пятен, а потом то, что пятна то исчезали, то появлялись снова. Уже немного смеркалось, так что я не совсем хорошо видел.
Чтобы рассмотреть, мне пришлось подойти к вороненку ближе: он не испугался меня. Он меня не видел. Не мог видеть, потому что был слепым. Эти яркие фиолетовые пятна оказались бельмами.

** ** **

Временами центр Москвы принимает совершенно роскошные очертания. Например, гостиница Метрополь. Это и красиво, и богато, и стильно, и дорого, и даже чисто, что совсем большая редкость. Подземный гараж, рестораны, бары, надписи на английском и русском языках, все как у людей, антикварные лавки — и казино. Для совсем богатых людей. Толстые стекла, это сразу бросилось в глаза. Штор — две пары. Те, что идут вторым рядом, закрывают окна наглухо, сверху донизу. Первые висят пониже, закрывают стекло на две трети. Это бронированные шторы. Шторы — бронежилеты. Я бы не удивился, если бы за этими двумя шторами оказались еще и мешки с песком.
Москва на осадном положении, ее осадили бандиты. Одни бандиты ходят в казино, другие стреляют в них с улицы сквозь стекла. Рай. Каждому свое развлечение.
Наступают грязные сумерки, над Москвой снова стоит дождь.